Владимир Вейсберг: растворивший живопись
В середине мая я наконец-то добралась до выставки «От цвета к свету. К 100-летию со дня рождения Владимира Вейсберга» в ГМИИ имени А.С. Пушкина. Шла, заранее зная: будет интересно. Я люблю выставки, на которых можно проследить, как развивался дар автора, особенно – если художник, если так можно выразиться, сознательно менял свою «оптику». Эта выставка не обманула моих ожиданий.
Но сначала – несколько слов о художнике. Из названия ясно, что он принадлежал к поколению, которое практически полностью было выбито на войне. Однако Владимир не воевал. Как рассказывает в своей диссертации исследователь творчества Вейсберга Анна Чудецкая, когда мальчику было 12 лет, его отец, известный психолог, был так встревожен состоянием сына, что отдал его в санаторий-клинику под руководством В.П. Кащенко. К слову, уже тогда тот отлично рисовал и был уверен, что станет художником. Летом 1941 года Володя был в санатории в Кратово (дачное место под Москвой), откуда всех детей эвакуировали в город Горький. Оттуда юноша сумел убежать и добраться до любимой бабушки, которая жила в городе Канск в Красноярском крае. Позже он переехал в Магнитогорск, куда эвакуировали родителей. Там работал в госпитале санитаром, там же потерял горячо любимого отца, умершего 1 июня 1942 года от сердечного приступа. В августе того же года 18-летний Владимир получает инвалидность 2 группы с диагнозом «шизофрения»…
В 1943 году они с матерью возвращаются в Москву. С этого момента начинается путь Вейсберга-художника. Он начал заниматься в художественной студии Всероссийского центрального совета профсоюзов у художника и педагога С. М. Ивашёва-Мусатова. В 1947 году поступал в Суриковский институт, но не прошел по конкурсу. А чуть позже был арестован любимый учитель. С этого момента 23-летний Владимир решает идти в творчестве своим путем. Он будет не только осваивать технику живописи, но и размышлять об особенностях вИдения художником окружающего мира. Позже это выльется в работу «Классификация основных видов колористического восприятия». Доклад был прочитан на Симпозиуме по структурному изучению знаковых систем в Академии наук СССР в 1962 году и заинтересовал молодого теоретика языка Вяч. Вс. Иванова. (Такова официальная версия. На самом деле, как раз в это время Владимир входил в неформальную группу молодых художников «Девятка», куда входил старший брат Вячеслава Михаил Иванов. Благодаря этому, художник и попал на симпозиум.) На выставке представлена таблица, которая суммирует его размышления.
Несмотря на инвалидность, с 1959 по 1984 год Вейсберг преподавал живопись в студии Института повышения квалификации Союза архитекторов СССР, а с 1964 по 1966 – на Курсах телевидения Москвы. С 1961 года был членом Союза художников СССР, участвовал во многих выставках официального искусства и одновременно дружил с художниками-нонкомформистами. С середины 70-х друзья и поклонники организовали несколько выставок Вейсберга за рубежом, однако первая персональная выставка в СССР состоялась в 1988 году, уже после его кончины 1 января 1985 года.
А теперь вернемся на выставку.
В первом зале зритель видит две работы – натурный этюд «Куст» 1947 года и «Посвящение Сезанну» (1962). Они символизируют два полюса творческого пути художника – от импрессионистического буйства цвета к перламутровому свечению.
Работы Вейсберга конца 1940-х – начала 1950-х годов поражают жизнелюбием и сочностью цветов. Взять хотя бы его «Булки с белой чашкой» 1948 года, где фактуру хлеба передает не только цвет, но и мазки кисти. Сейчас трудно поверить, что, по мнению А. Чудецкой, именно эта неуёмная энергия отпугнула приемную комиссию Суриковского.
Уже более сдержанный, но такой уютный его «Неубранный стол» написан в 1955 году, переломном для художника. Увидев на выставках в Пушкинском музее сначала шедевры Дрезденской галереи, а затем – работы французских импрессионистов, он начинает отходить от прежней манеры. Цвета становятся всё менее яркими, контрасты сглаживаются. Всё чаще главными в картине становятся многообразные оттенки белого цвета. Художник был уверен в возможности бесконечно растягивать цветовую палитру, дробя цвет на всё более близкие оттенки. Яркий пример новой манеры — «Пионы».
-
- Неубранный стол. 1955
-
- Пионы. 1959.
Чуть раньше, в начале 1950-х, он берется за портреты и создает целую галерею самых разных образов, от актрисы до тюремщицы и мальчика с папиросой – позднее они получат условное название «Мои соседи». Мне они показались несколько ученическими. Чувствуется, что, прежде всего, художнику интересен не сам человек, а решение тех же задач, что и в натюрмортах. Не случайно в более поздних портретах лица будут постепенно растворяться в зыбком мареве мазков.
-
- Тюремщица. 1954
-
- Двойной портрет. (Аня и Игорь. Портрет самурая). 1961
Как отмечает Анна Чудецкая, «сложившаяся глубоко оригинальная концепция В. Вейсберга явилась результатом развития метода живописной работы, изначально основанного на принципе разложения цвета и растягивании хроматического ряда до пределов зрительного восприятия. Эта концепция базировалась на психологическом своеобразии личности художника, сформировавшем особые способы соотношения с действительностью. <…> Сутью творческого метода художника стал открытый им механизм психологического процесса, в котором импульс, идущий от реальности, перерабатывался, «адаптировался». (Особенности творческого метода В.Г. Вейсберга: Автореф. диссертации. М., 2013. С. 11)
Сам же Владимир Григорьевич называл свою позднюю манеру «невидимой живописью» и пояснял:
«Невидимое в искусстве – это когда объект искусства проникает незаметно для меня в мою душу и открывает те невидимые и не подозреваемые в ней грани, о которых сама и не догадывалась никогда». (Там же, с. 12.)
По словам Чудецкой, зрелый Вейсберг считал, что «гармония находится внутри него самого, и его цель – воссоздать на картине этот гармоничный мир, который, в свою очередь, может внести гармонию в саму действительность, сможет противостоять хаосу мира реального». (Там же, с. 23.)
-
- Три зеленых яблока на газете. 1961
-
- Три зеленых яблока на газете. 1961. Фрагмент
Можно ли истолковывать это как отсылку к психологическим проблемам художника? Наверно, да. С другой стороны, его поздние произведения, написанные полупрозрачными мазками, сквозь которые просвечивает холст, действительно излучают спокойствие и некое свечение, которое хочется впитывать. При этом большинство из них – натюрморты, составленные из простейших геометрических объемов: кубов, шаров, конусов, цилиндров. Некоторые носят название «Архитектура». Они и правда напоминают фантастические города…
-
- Четыре колонны с Венерой и танагрой. 1982
-
- Четыре колонны с Венерой и танагрой. 1982. Фрагмент
В работах 1980-х годов вновь появляется цвет. Однако он неярок, а изображение по-прежнему размыто, как в тумане. Зрителю нужно приложить усилие, чтобы проникнуть в глубь образа. Но именно оно – источник удовольствия, которое дарят эти картины.
-
- Цветы. 1980
-
- Азарх. 1980-е
После выставки я поднялась по лестнице Галереи искусств стран Европы и Америки, обернулась – и неожиданно поняла, что свойства восприятия, открытые Владимиром Вейсбергом, действительно существуют! Передо мной были те же бесконечные переливы белого на белом, что и в его работах…
