Петровский путевой дворец: «мавританская» фантазия Казакова
Каждый раз, проезжая по Ленинградскому проспекту в районе метро «Динамо», я смотрела на бело-красный Путевой дворец и думала: «Хорошо бы туда попасть…» Несколько раз пыталась записаться на экскурсию в Дни исторического и культурного наследия – и каждый раз запись была уже закрыта. Поэтому, когда сеть «ВКонтакте» подкинула мне рекламу платной экскурсии во дворец от проекта «Москва, которой нет», ухватилась не задумываясь. И через несколько дней уже стояла с паспортом в руке у проходной среди других экскурсантов.
Да, паспорт для прохода туда обязателен. Ведь с 2011 года центральную часть дворца занимает Дом приемов правительства Москвы. Кроме того, на 1 этаже устроен небольшой музей, который рассказывает об истории здания, а во флигелях и некоторых помещениях главного здания находится гостиница «Петровский путевой дворец». Во время экскурсии нам показали музей и центральную часть дворца со знаменитым куполом. Кроме того, можно было без ограничений погулять по парадному и хозяйственному дворам, любуясь затейливыми деталями. Благо, погода в тот день была великолепная. Кстати, на экскурсии нам сказали об еще одном способе попасть во дворец. Оказывается, в центральном, круглом зале дворца регулярно проходят концерты. Позже я нашла их в поисковике и удивилась: цена билета на последний ряд (а всего их аж 10!) в 2 раза меньше стоимости экскурсии… Другое дело, что и видят пришедшие наверняка меньше того, что видели мы… А что мы увидели?
Прежде чем ответить на этот вопрос, нужно вкратце рассказать об истории дворца. До его постройки последнюю остановку перед въездом в Москву российские цари и императоры делали в селе Всехсвятское (ныне – район метро Сокол). Летом 1774 года очередная русско-турецкая война закончилась победой и заключением Кючук-Кайнарджийского мирного договора. В 1775 году он был ратифицирован, и под Москвой, на Ходынском поле организовали грандиозные торжества по этому случаю. Оформлением павильонов для гуляний занимались архитекторы Василий Баженов и Матвей Казаков. Поскольку речь шла о Турции, их построили в так называемом «мавританском» стиле. Екатерине II строения понравились, и она заказала себе сразу 2 дворца. Василий Баженов начал строить дворец в селе Чёрная Грязь (его оперативно переименовали в Царицыно), а Матвей Казаков – Петровский дворец, выросший на земле, которая некогда принадлежала Высоко-Петровскому монастырю (отсюда и название).
Работа у Казакова шла быстро. Осенью 1776 года стройка была начата, а уже через 7 лет дворец был полностью готов. У его главного здания была необычная планировка: в центре – круглый зал, по четырем сторонам от него – парадные залы, а в промежутках между ними, по углам здания – по три небольших комнаты, в которых находились жилые покои.
Парадные залы второго этажа украсили гипсовые портреты с изображениями русских князей от Рюрика до Владимира. Они были выполнены австрийским скульптором Иоганном Юстом по образцам аналогичных мраморных портретов Федота Шубина, которые тот создал для Чесменского дворца в Санкт-Петербурге. Юст же занимался выполнением наиболее сложных наружных и внутренних декоративных работ. Ему принадлежало скульптурное оформление Круглого зала, коринфские капители, керамические гирлянды на фасаде и некоторые другие элементы декора.
В новом дворце Екатерина II останавливалась дважды. В 1785 году она провела там четыре дня на пути из Новгорода, а в 1787 – десять дней по дороге из Крыма в Санкт-Петербург. Начиная с Павла I, дворец стал использоваться в коронационной церемонии российских императоров как отправная точка движения кортежа к Кремлю.
В сентябре 1812 года, спасаясь от пожара Москвы, во дворце несколько дней пробыл Наполеон. Отсюда он смотрел на горящий город. Позже Наполеон вспоминал: «Трудно было прикладывать руку к стенам или окнам со стороны Москвы, так эта часть была нагрета пожаром». (Впрочем, мне кажется, что это – явное преувеличение, ведь от дворца до города было больше двух километров. Но надо же было на что-то списать свою неудачу!)
После отхода французов дворец был разграблен и подожжен. В результате обрушился купол и часть перекрытий. В таком виде он простоял до 1826 года, когда император Николай I приказал восстановить дворец. Дело поручили архитектору Ивану Таманскому, который произвёл реконструкцию по оригинальным планам Казакова. Правда, далеко не всё было сделано «один в один». Изменилась планировка первого этажа, в результате чего появился длинный вестибюль с колоннами, в котором выставили бюсты всех российских правителей, побывавших во дворце. Лепнина Круглого зала была заменена росписью «гризайль», которую выполнили итальянские художники братья Артари.
К 1837 году реконструкция была завершена и в таком виде дворец дожил до начала ХХ века. Даже после постройки Николаевской железной дороги он продолжал играть роль отправной точки коронационной церемонии. Семья будущего императора ночевала в этом дворце и устраивала здесь прием. В остальное время дворец служил резиденцией московского генерал-губернатора, а во флигелях были служебные квартиры его приближенных. В одной из них, у своего друга и сверстника Д.Г. Розена, в апреле 1841 года останавливался Михаил Лермонтов.
После революции 1917 года здание занимали различные организации. Но, к счастью для него, в июле 1920 года по настоянию наркома просвещения Анатолия Луначарского комплекс передали в ведение главного управления военно-воздушного флота. «Не трудно договориться о постоянном контроле со стороны вашего отдела за зданием, – писал нарком, – который ни в каком случае не допустил бы ущерб ему, как историческому и художественному памятнику. <…> Я всячески настаивал бы на необходимости утилизировать дворец именно для этой цели». В 1923 году во дворец въехала Академия Воздушного флота имени Н. Е. Жуковского, которая занимала его до конца 1990-х годов. Это позволило, по крайней мере, частично сохранить интерьеры дворца. С 1998 по 2010 год во дворце шли реставрационные работы. Их результаты мы и увидели на экскурсии.
Она началась в парадном дворе дворца – его может хорошо рассмотреть каждый, кто проходит мимо по Ленинградскому проспекту. И центральная часть дворца, и его флигели, которые подковой обрамляют двор, очень красивы. Здесь причудливо соединились черты самых разных стилей: полихромные керамические «рога изобилия» на фасаде, отсылающие к барокко, стрельчатые окна, пришедшие из готического стиля, странно перекрученные печные трубы и даже древнерусские бочкообразные опоры крыльца.
Еще более необычные строения я обнаружила на хозяйственном дворе, куда отправилась после экскурсии по дворцу. Это – две угловые башни ограды. Вот что пишет о них один из руководителей реставрацией дворца в 1998-2005 годах Григорий Мудров:
«Задний, восточный двор ограничен невысокой кирпичной стеной с двумя «странными» башнями. Помимо портиков над входами, увенчанными шатровыми шпилями, барабаны верхнего яруса башен увешены маленькими башенками. В описях XVIII столетия их называют «башни с минуретами», то есть с минаретами. Вот вам и восток… В итоге получается, что Казаков, как человек своей эпохи, воплотил в своем творении символы государственной идеологии и, в частности, — идею о роли России как связующего звена между Западом и Востоком».
Во дворце нам сначала показали небольшой музей, посвященный истории дворца. Это – два небольших зала рядом с гардеробом, увешенные рисунками, гравюрами и картинами. В центре одного из залов находится макет дворца.
Затем мы вернулись в парадный вестибюль. Здесь нам сообщили, что после многочисленных преобразований в здании сохранилось не так много оригинальных деталей. Это – декоративное оформление Круглого зала и четырёх парадных залов на втором этаже, главная лестница, а также некоторые предметы мебели. В их числе – два светильника с амурами в парадном вестибюле.
Светильники на каминных полках парадных залов тоже сделаны в XIX веке, однако раньше они находились в других московских усадьбах.
Большая часть предметов мебели была воссоздана по старинным фотографиям, так что на них даже можно посидеть. В каждом из залов — свой гарнитур.
Потом мы стали подниматься на второй этаж и сразу оценили красоту и изящество бело-голубой винтовой лестницы. Кстати, она ведет не только на второй этаж, но и выше, на антресоли, где когда-то жила прислуга.
Все четыре парадных зала оформлены в стиле ампир – светлом, спокойно-торжественном. Для меня отдельным удовольствием было любоваться солнечными бликами от круглых окон верхнего яруса. По стенам – портреты правителей Руси. Единственный портрет, которого с ходу получается опознать – княгиня Ольга, неуловимо напоминающая Екатерину II.
Удалось нам заглянуть и в один из жилых трехкомнатных отсеков – в тот, который пустует. Он просто отремонтирован, на стене – вполне современный кондиционер, пол покрыт линолеумом. В двух других отсеках – люксовые номера отеля. По словам экскурсовода, они обставлены гораздо более роскошно, чем жилые покои русских императоров. (О том, как они выглядели, известно по фото.)
Сердце второго этажа – круглый зал под огромным куполом. Он очень красив и обладает исключительной акустикой. Именно здесь проходят концерты. Экскурсовод рассказала, что во время реставрации удалось сохранить не только внешний облик зала, но и внутренние деревянные конструкции купола, созданные в конце 1820-х годов. Это – большая редкость, особенно после пожара в московском манеже.
А теперь – сухой остаток. Куда лучше идти, на экскурсию или на концерт? Безусловно, экскурсия очень интересна (особенно с хорошим экскурсоводом, как наша Мария Подъяпольская). Однако тем, кто хочет ограничиться осмотром интерьеров, может хватить и концерта. Они наверняка увидят парадный вестибюль с амурами, лестницу, круглый зал и, по крайней мере, один из парадных залов – скорей всего, западный. (Не думаю, что во время концерта будут открыты все четыре зала.) Плюс – в полной мере насладятся акустикой. Главный минус этого варианта – вечернее время концертов, которое не очень подходит для прогулок по двору дворца и разглядывания его фасадов.


































